Выборы в парламент Молдавии 30 ноября должны были стать скучным событием. Но планы проевропейской коалиции, с 2009 года властвующей в Кишиневе, едва не сорвал Ренато Усатый. Этот бизнесмен, обладающий широкими связями в самых разных московских кругах, в 2014-м провел яркую предвыборную кампанию и стал довольно популярным политиком. Он обещал «посадить премьера», денонсировать ассоциацию с ЕС и пересмотреть итоги приватизации. За три дня до выборов Усатого сняли с выборов; опасаясь ареста, он бежал в Россию. Специальный корреспондент «Медузы» Илья Азар поговорил с Ренато Усатым и рассказал историю его взлета и падения.

Сандуны как биржа труда

Простой молдавский парень Ренато Усатый в конце 1990-х годов учился в университете в Бельцах (третий по величине город в Молдавии) — на факультете иностранных языков; по его словам, он был «ботаном, носившим квадратные очки и длинные волосы, как у Игоря Николаева». На третьем курсе все изменилось: Усатый устроился на вещевой рынок, познакомился с тамошними ворами и смотрящими и начал «ботать по фене».

Видимо, тогда он впервые и сформулировал тезис о том, что «в жизни, к сожалению, важно не образование, а быть везучим и общительным». Институт Усатый все же закончил. Но, когда у него появлялись лишние деньги, ездил веселиться в Москву. Однажды в казино «Кристалл» на Таганке он познакомился с Валерием Маркарем, который работал директором Кишиневского международного аэропорта.

— После трех дней в Сандунах я стал супервайзером аэропорта. Мне был тогда 21 год. Зарплата была маленькая — $150, и за счет зарплаты я жить бы не смог. Но я открыл в аэропорту цветочный киоск, который давал в месяц $600. Киоск был гарантом моего финансового спокойствия, и мне не надо было с кейтеринга воровать продукты и спиртное, — рассказывает мне Усатый.

В 2002-м его назначили ведущим инженером комбината питания Молдавской железной дороги, причем снова — не за какие-то особые профессиональные умения.

— Коммунисты пришли к власти (партия ПКРМ в 2001-м набрала более половины голосов избирателей, ее лидер Владимир Воронин стал президентом страны — прим. «Медузы») и потребовали дать показания на Маркаря о том, что он взяточник, пообещав повысить. Я сказал: «Ребята, идите на х**». Один из руководителей молдавской железной дороги узнал эту историю и поэтому попросил меня навести порядок в вагонах-ресторанах.

Однако бизнесмен продолжал ездить в Россию — и нарабатывать связи, к чему у Усатого был очевидный талант.

— В 1999-м я приехал в Москву на Новый год, и на Красной площади познакомился с пацанами — у одного мама в администрации [губернатора Кемеровской области Амана] Тулеева работала, у другого отец — серьезный банкир в Волгограде. Они меня подтянули в Москву и записали вице-президентом в Балтийский международный форум. Был такой проект администрации президента России вместе в генсеком Совета Европы Вальтером Швиммером. Я на общественных началах работал, так как у меня российского паспорта не было. Но мне лишь бы движуха была: в «Метрополе» конференция, в «Рэдиссоне» симпозиум, — вспоминает Усатый.

На Балтийском форуме молдаванин познакомился не только с Швиммером или почетным президентом БМФ Рэмом Вяхиревым, но и с генсеком ООН Кофи Аннаном, космонавтом Валентиной Терешковой и Михаилом Калашниковым. Там же он подружился с президентом федерации спортивной борьбы Михаилом Мамиашвили и «скандальным бизнесменом» Вахой Евлоевым (сейчас он представитель Ингушетии при президенте России).

Связи решают все

В 2004 году друг Усатого, гендиректор компании «ВПТ-НН» Алексей Акимов предложил молодому молдаванину лоббировать интересы этой нижегородской фирмы в Москве. Как рассказывал Усатый, аббревиатура ВПТ — это высокоплазменные технологии; компания занималась производством и поставками твердосплавного инструмента и уже тогда была субподрядчиком «Российских железных дорог». Акимов решил, что «талантливый, порядочный, с голодом в глазах парень» станет идеальным представителем фирмы в Москве, несмотря на полное отсутствие у того знаний в области «высокоплазменных технологий».

— Я просто прушный, Илюха! Когда познакомился с Сергеем Мовчаном (сейчас аудитор Счетной палаты РФ — прим. «Медузы»), тот был руководителем аппарата [нынешнего главы РЖД Владимира] Якунина. Я приходил в приемную, брал газетку и сидел часами. Меня морозили полтора года, но потом им просто надоело выкидывать мои письма. Якунин [меня принял] и сказал: «Если то, что ты написал, правда — а я обещал, имея дулю в кармане, сократить расходы РЖД по твердосплавному инструменту с миллиарда до 400 миллионов-то будешь работать. Если врешь, то никогда в жизни больше не зайдешь в здание РЖД».

Молдавский бизнесмен не наврал, и «ВПТ-НН» занялся поставками твердосплавного инструмента железным дорогам.

Новые знакомства в это время Усатый заводил в московском караоке-клубе «Джельсомино». «Я в 2004 году заходил в магазин „Бентли“ с 500 рублями в кармане и дразнил себя. Потом меня знали все клубы Москвы: за одним столом сидел [бизнесмен Михаил] Прохоров с двадцатью студентками, а за соседним — я с десятью. „Джельсомино“ многих объединяет. Например, я там познакомился с Андреем Луговым в разгар истории с полонием. Москва — как маленькая деревня: сегодня с Васей познакомился на охоте, потом Вася познакомил с Петей — и пошла тема», — рассказывает Усатый.

Возвращение в Молдавию

В нулевые Ренато Усатый широкой молдавской публике был неизвестен, зато про него хорошо знали местные политики. Бизнесмен признается, что в период непубличности стал едва ли не главным «решальщиком» молдавских вопросов в Москве.

— Я раньше сидел на концертах (российских звезд, которых он привозил в Молдавию — прим. «Медузы») в палатке, и мне говорили: «Выйди на сцену, поприветствуй людей, а мы тебя представим». Я отвечал: «Идите нах**!” Я сидел с «Блестящими», пил литрушку «Русского стандарта платинум», и мне было как-то по барабану.

В 2009-м в Молдавии в результате политического кризиса и беспорядков к власти пришла коалиция «За европейскую интеграцию». Будущий премьер страны и лидер Либерально-демократической партии Влад Филат якобы интересовался услугами Усатого.

— Филат в конце 2009 года отправил ко мне госсекретаря Молдавии [Эдуарда Бэнэрука]. Эдик приехал и сказал, что Филя хочет поговорить. Я сказал, что он мне нах** не нужен со своим НАТО, и за одну встречу с ним у меня в Москве проблемы возникнут. Они меня долго долбали, поэтому когда Филат стал премьером, я встретился с ним. Он сказал: «Помоги мне по Москве, я ничего не понимаю, был там три раза». Так я познакомился с [тогдашним замглавы аппарата правительства РФ Юрием] Ушаковым и начал двигаться. Филат меня оформил своим советником, а теперь, подлец, говорит, что я подделал удостоверение.

Усатый же якобы помогал Филату добиться от Москвы помощи для пострадавших от наводнения в 2010 году. «Он написал письмо ВВ (так Усатый называет Путина — прим. „Медузы“) с наводнением, но в Москве пожары были, не до Молдавии. Через два месяца через знакомых я вышел на МЧС, и русские отправили на 40 миллионов палатки, генераторы и всякую херню», — рассказывает Усатый.

Усатый долго перечисляет, кого и с кем он знакомил — например, «[лидера Демпартии Мариана] Лупу заводил к патриарху Кириллу через ребят, участвовавших в ремонте храма Христа Спасителя». И заключает: «Мне ничего это не стоило сделать, поэтому я не отказывал и не искал в этом выгоду». По словам бизнесмена, многие его «просто использовали»; добившись того, что им было нужно, «становились борзыми и не отвечали на телефон». Бывший глава Кишинева, политик Серафим Урекян, по словам Усатого, жил у него в Москве в съемной квартире на Мичуринском проспекте. «Я никогда не прощу этому козлу, что сидел без денег три месяца, так как купил ему 20 ноутбуков. Он, п*****с, говорил, что надо родине помочь», — жалуется Усатый.

Приехав в Молдавию в 2012 году, Усатый не жалел денег и начал с размахом помогать соотечественникам. На день города в родные Фалешты пригласил «Блестящих» и вручил учителям миллион леев (примерно три миллиона рублей), слепому сироте подарил квартиру, а призом в футбольном турнире «Кубок Усатого» стали 13 автомобилей.

Усатый и сейчас оплачивает учебу за рубежом 50 студентам из малоимущих семей: «В 45 лет у меня будет империя молдавской элиты. Я не просто даю денег, я с ними хожу на шашлыки и рыбалку».

«Я когда приехал в Молдавию в 2012 году, удивлялся, почему из каждого утюга вещает меценат Ренато Усатый. Слепому — машину, безногому — велосипед. Всем, везде, все. Об этом на всех телеканалах были сюжеты, и это длилось два года», — рассказывает мне главный редактор местного издания Newsmaker.md Владимир Соловьев.

Молдова без коррупции

В 2014-м Усатый занялся политикой, начав, по словам Соловьева, прицельно «мочить» премьера Филата и других политиков. Усатый рассказывает, что те сначала пытались переманить на свою сторону, а потом начали с ним бороться.

— [Молдавский политик Владимир] Плахотнюк предлагал создать левую партию-реформаторов, деньги и люди пополам. Филат предлагал трогать только коммунистов. С Москвы и Румынии предлагали финансирование. Даже американцы предлагали 2,5 миллиона долларов на старт кампании. Я не принял ни одного предложения, — утверждает Усатый.

В первой половине 2014 года Минюст (который, по словам Соловьева, находится «под Филатом») дважды отказался зарегистрировать партийные проекты Усатого — «Нашу партию» и ПАРУС (Партия Ренато Усатого). Тогда Усатый решил всех перехитрить и возглавил список небольшой, но уже зарегистрированной партии Patria («Родина»).

В список «Родины» Усатый позвал несколько политиков не из своей команды, например, бывшего члена Компартии и депутата парламента Георгия Петренко и председателя «Лиги русской молодежи Молдавии» Игоря Тулянцева. Последнего журналист Соловьев называет «человеком Рогозина» (вице-премьера России и спецпредставителя Путина по Приднестровью).

— Меня с Усатым объединяют общие идеи смены режима, — говорит мне Петренко. — Плахотнюк решил почистить будущий парламент от тех, кто разоблачал коррупционные схемы по отмыванию денег через госпредприятия и приватизационные схемы. Усатый не боялся выступать резко против Плахотнюка и Филата, у него есть харизма, и я хотел с ним продолжать свою борьбу.

В ходе предвыборной кампании Усатый заклеил страну предвыборными плакатами с нехитрыми слоганами «Сила в правде» и «Молдавия без коррупции». Рейтинг «Родины» рос как на дрожжах. «Усатый возник ниоткуда, но в этом и была его сила. К тому же у него прирожденный талант говорить на человеческом языке. Электорат Усатого был протестным, был возрастающий тренд, и он мог набрать хоть 15%, хоть 20%, хоть 30%. Это был каток», — рассказывает мне молдавский политолог Корнел Чуря.

Усатый много общался с населением, обещая поднять всем пенсии, посадить всех политиков и раскулачить всех олигархов. «Народ в Молдавии был утомлен тем, что коалиция начала между собой собачиться и делить сферы влияния, а ощутимых изменений в жизни не произошло. Вся линейка политиков — примелькавшиеся давно лица, и тут появляется свежее лицо, которое обещает каждой бабе по мужику, а каждому мужику по бутылке водки. Его популярность росла как вирус», — говорит Соловьев.

— Меня нельзя назвать популистом, До сих пор все что я обещал, я делал. Если я [войду во власть] и не выполню какие-то обещания, то тогда назовите меня хоть п****болом. Я выйду сам и скажу: «Ребята, прошел год. Да ну вас на х**, я подаю в отставку». Я же не просто так говорю про Молдавию без коррупции. Власти устроили геноцид против 1,5 миллиона собственного населения, подписав соглашение с Евросоюзом. Это и есть европейская мечта? Они сп****ли 70 миллионов грантов на реформе юстиции, хотя я предлагал Филату и Плохишу [олигарху и влиятельному политику Владимиру Плахотнюку] платить каждому судье по пять тысяч евро. Они отказались, и теперь судьи работают только по команде, а человек без денег не может прийти в суд.

Кремлевский проект

Противники Усатого утверждали, что бизнесмену покровительствует либо Кремль, либо засевший в России молдавский криминал. «Думаю, это полукриминальный проект личностей, которые убежали из Молдовы, но когда он заиграл, то кто-то заинтересовался им. Не думаю, что Кремль, скорее это проект спецслужб среднего звена», — осторожно рассуждает один из заместителей Филата Вадим Пистринчук.

«Поверить, что Усатый — проект Кремля, легко. У него в партии люди Рогозина, он против ЕС, он мочит проевропейскую власть, у него бизнес в Москве, у него есть связи в ФСБ», — загибает пальцы Соловьев.

Несмотря на перечисленное, радикально пророссийской риторики у Усатого не было. Он говорил о необходимости денонсации ассоциации с Евросоюзом (из-за аналогичного документа в Украине начался в ноябре 2013 года «Евромайдан»), зато, в отличие от лидеров Партиии социалистов, не фотографировался для предвыборной агитации с Путиным. По мнению соратника Усатого Петренко, «Родине» пытались приклеить ярлык «российской пятой колонны», притом что сами они выступали лишь за «восстановление отношений с Россией, которую власть представила как врага Молдавии».

Усатый убеждает меня, что имеет неплохие связи в разных государственных органах России, но ничьим проектом не является. По словам Усатого, если бы за ним стоял Кремль, его бы не сняли с выборов. «Я встречался с российским послом и говорю: «Чего вы не поговорите с Плохишом, я же российский гражданин все же». Он: «Надо подумать, мы не вмешиваемся», — объясняет Усатый.

— Я его уважаю, — отвечает Усатый на мой вопрос о том, нравится ли ему Путин, — потому что он заставил всех считаться с Россией. Когда я вытаскиваю российский паспорт в любом дорогом отеле Европы, все остальные с румынскими или болгарскими становятся в очередь. Он стал как дипломатический. Путин сделал русский бренд: хотя в российской глубинке проблем даже больше, чем в молдавской. Мне еще нравится Лукашенко, потому что он такой же колхозник, как и я. Но я не претендую быть диктатором в Молдавии, я хочу диктатуру закона.

Криминал

В караоке Усатый, очевидно, знакомился с очень разными людьми, поэтому версия о его криминальном прошлом и настоящем — едва ли не важнее версии о «кремлевском следе». Усатый якобы отобрал у бизнесмена Германа Горбунцова 80% акций молдавского Universalbank, а затем заказал его киллеру. Ресурс Crimerussia.ru утверждает, что Усатый — член солнцевской ОПГ. Эти слухи активно тиражировались в подконтрольных молдавской власти СМИ.

«Меня шили в группировку [Григория Карамалака] 1990-х годов, хотя я тогда был школьником — это просто маразм. То, что меня называют солнцевским — это вообще п****нуться, это как тебя сахалинским назвать. У меня ни с одним блатным не было проекта или бизнеса. Не моя это тема», — возмущается бизнесмен.

То, что Усатый не состоял ни в каких группировках, говорил и бывший глава молдавского департамента по борьбе с организованной преступностью Николае Алексей. Что касается «заказа» Горбунцова, то Усатый говорит, что тот сам заказал его. «Я был главным Шерлоком Холмсом по его аресту и экстрадиции в Молдавию, так как оставлять на свободе человека, который меня заказывал, — это не очень хорошо», — смеется Усатый.

«Он выглядит довольно искренне, говорит, что у него много знакомых в ФСБ, что общается с криминалом, но хочет, мол, изменить Молдавию. Можно ему не верить, но фактуры против него никто не предоставил. Я пытался зарядить своих коллег, но они не нашли ничего. Говорят, что он связан с солнцевской ОПГ, но опять же — нет фактуры», — отмечает журналист Соловьев.

Левый сектор

В конце ноября, когда стало понятно, что Усатый набирает немало процентов, перед европейской коалицией замаячила реальная угроза потери власти в стране. «Была угроза создания лево-центристской коалиции „Родины“ с Додоном [из Партии социалистов] и коммунистами. Исключив нас, власть решала вопрос исхода выборов», — говорит соратник Усатого Петренко.

Правда, от Усатого, утверждающего, что он «не готов быть чьим-то», доставалось всем — и правым, и левым. Кроме того, Усатый обещал денонсировать объединение с ЕС и отменить приватизацию. В результате, по мнению политолога Корнела Чури, Усатый «стал мешать всем».

Смертельный удар по Усатому нанесли за четыре дня до выборов сразу с двух сторон. 26 ноября утром молдавские спецслужбы объявили о предотвращении «насильственного захвата власти». В разных районах страны были изъято оружие, боеприпасы, взрывчатка, крупные суммы денег, которые должны были использовать сразу после выборов.

Организатором «пророссийского майдана», которым проевропейские власти начали пугать граждан загодя, объявили организацию Antifa Resist (она, например, прославилась акцией с повязыванием «георгиевских ленточек» на забор украинского посольства в Кишиневе после трагедии в Одессе). По словам журналиста Соловьева, из «Антифы» в Молдавии лепят эдакий «Левый сектор» — по аналогии с киевским «Правым». «Подкинутое во время обысков оружие увязали с персонажами из списка „Родины“, чтобы создать нам имидж партии войны», — объясняет мне Петренко, соратник Усатого.

Сам бизнесмен утверждает, что знал об этой комбинации от источников в полиции заранее. «Они ж не могут говорить, что запад хочет провести Майдан. Поэтому там были русские рубли, поэтому и учредитель офшорной фирмы, которая мне в день суда начислила 30 тысяч на счет, — русская. Через месяц, поверь, ни одного человека по делу „Антифы“ сидеть не будет. Это чистая постановка», — уверяет меня Усатый.

Кампания закончена

Вечером 28 ноября «Родину» сняли с выборов за «использование в избирательной кампании незадекларированных денежных средств иностранного происхождения». За снятие партии проголосовали семь членов ЦИК, хотя один из выступивших против заявил, что на изучение предоставленных полицией документов дали около пяти минут.

— Меня погубило то, что я делал все легально, по декларациям. Всего я привез 14 миллионов лей в долларах и евро. Они посмотрели, на чем ездит моя молодежь в офисе, и оценили это в пять с чем-то миллионов лей. Но я же не скрываю, что подарил им машины, и еще десяти девушкам, а своему водителю — квартиру. Они, козлы, туда включили автомобили, которые я безногим ветеранам-афганцам подарил. Короче, они е****ые, понимаешь? Они ничего не доказали и не предъявили, но решили, — говорит Усатый.

Многие в Молдавии — даже те, кто не поддерживает Усатого — были шокированы решением ЦИК, а затем и молдавских судов. Студент Андрей рассказал мне, что не поддерживает Усатого, поскольку тот «мутный тип», но незаконно снимать с выборов его было нельзя. «С одной стороны, неплохо, что пророссийскую силу не пропустят в Молдавию, но с другой стороны — плохо, что для этого нарушены все правила. Это палка о двух концах, и я не уверена, что цель оправдывает средства», — говорит мне молдавская телеведущая Наталья Морарь.

По словам Петренко, проевропейская коалиция, которая якобы продвигает европейские ценности демократии и свободы слова, установила в Молдавии тоталитарный режим, где реальная оппозиция не может бороться за власть. Даже заместитель Филата Пистринчук признается, что «не чувствует себя комфортно» из-за снятия Усатого. «Это беспрецедентная мера. У нас всегда всех допускали к выборам в Молдове», — говорит он. Тем не менее, он согласен с тем, что Усатого надо было снимать: «Его планы были совсем не политическими. Я увидел три вещи — оружие у связанной с ним экстремистской организации, огромное количество денег и медийные сливы, в которых он откровенно признается, что он агент спецслужб».

Усатый считает, что его снятие с выборов — политический заказ из проевропейской коалиции.

— Я потому и достиг серьезного рейтинга за такой короткий срок, потому что я говорю то, что думаю. Я обещал Плохишу и Филату, что они будут у меня в первой десятке в тюрьме сидеть, понимаешь? У меня в программе: национализация, пересмотр приватизации за 13 лет, презумпция виновности чиновника. Там для них ничего нет. Приехал Ренато, который всех е**т и, скорее всего, по-настоящему. Я говорил, что иду в политику, но политиком никогда не стану, потому что они путаны все. Я живой там никому не нужен.

После выборов

В день принятия аппеляционной палатой решения о снятии «Родины» с выборов (в пятницу это решение подтвердил верховный суд) Усатый улетел в Москву. По словам бизнесмена, его должны были арестовать утром в субботу, явившись в шесть утра с обыском. «Чтобы они жили спокойно, я должен быть в подвале», — считает Усатый.

«Я не верю, что его посадили бы, ведь прокуратура и милиция заявляли, что дела на него нет», — говорил мне один из замов Филата Пистринчук. Правда, в процессе нашего разговора ему сообщили, что Усатый выкупил ВИП в кишиневском аэропорту и собирается вернуться в Кишинев. Прервав интервью, Пистринчук долго и экспрессивно обсуждал это по-румынски со своими встревоженными помощниками.

— Менты заявили, что не хотели меня арестовывать, но п****т они, Илюх. Я купил на субботу обратный билет и оплатил ВИП. Вечером там было два автобуса со спецназом и 38 из 70-ти человек из отдела МВД по спецоперациям. Они пришли меня х****ть, — рассказывает Усатый.

Политзэком Усатый становиться не хотел: «Плахотнюк бы меня не выпустил из тюрьмы, он же контролирует суды и прокуратуру на 100%, у него и на Филата есть восемь уголовных дел».

Теперь будущее Усатого туманно. На пресс-конференции в Москве он заявил, что намерен вернуться в Молдову.

— Вернусь я знаешь когда? Когда меня будут встречать на границе 10 тысяч человек, и никакой спецназ уже не поможет, — говорит мне Усатый. — [Но на неделе перед выборами] в Молдавию были привезены люди с Украины, у Филата были готовы бокс-команды. Если бы я вышел с людьми, то полиция бы просто наблюдала мои похороны — у меня нет каратистов, борцов и пенсионеров спецназа. Я же партию строил, а не банду. Им бы сказали: «Кто лично е***т Усатого, получит 100 тысяч долларов».

«Я буду ждать момента вернуться. Я сегодня национальный герой. Я никого не подставил, из-за меня никого не избили, не изуродовали», — заключает Ренато Усатый.

При этом, по мнению Усатого, власти рассчитывали, что он выведет людей на протесты после снятия «Родины» с выборов. «Я ведь эмоциональный, меня ударят, я сразу дам сдачи, а потом уже буду думать. Но подставлять людей как пушечное мясо для своих политических амбиций — это полная х***я», — говорит Усатый.

Политолог Чуря и журналист Соловьев сомневаются, что в Молдавии есть вероятность «пророссийского Майдана». «Но тот факт, о котором говорили спецслужбы, что где-то тренируются люди и кто-то их подоготавливает, это неиспоримо», — уверен Чуря.

* * *

— А, может, ну ее, эту политику? Может, лучше дальше с «Блестящими» водку пить? — спрашиваю я Усатого на прощанье.

— Я в 35 лет реализовал все свои мечты. Три года назад я покупал телочкам телефоны «Верту» после «Джельсомино» в шесть утра. Это я в жизни прошел, и поэтому запрещу молдаванам играть в азартные игры. Я хотел построить деревянный дом и сделал это на Ильинском шоссе. Меня вообще переоценили в молдавской прессе, назвав российским олигархом. Да какой я нах*** олигарх. У меня есть два роллс-ройса, три пары часов брегет, я в жизни видел всех моделей, каких хотел. Но я не тусовщик, я поймал волну, чтобы добрать то, чего у меня не было в юности. Жить так — это не тема. Поэтому я продам дом в Москве за 7–8 миллионов долларов, поеду в Молдавию и буду их е***ь. Это позиция. Я, может, погибну, но останусь в истории страны.

P. S. После выборов, на которых больше всех голосов неожиданно (и благодаря снятию Усатого) набрал социалист Додон, проевропейская коалиция сохранила свою власть.

Илья Азар

Источник: meduza.io


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*