Или «о вечно бабьем».   Самостийная Украина сделала ещё шаг в Эуропу:  намереваются отменить совковый термин «Великая Отечественная война» и впредь выражаться, как все цивилизованные общечеловеки: «Вторая Мировая». Тут же понеслась информационная «движуха», «Эхо Москвы» обсуждает со слушателями, выпад ли это против Москвы или вовсе не выпад, а так, само по себе; граждане средь рабочего дня звонят в студию, голосуют – в общем, все при деле, и ощущение такое, что народ вообще не занят, не работает и дел своих не имеет. Но я, собственно, не о том, я об Украине.

Рассказывать, как было на самом деле и как сражались за свободу Украины все народы Советского Союза и что бы сталось с её жителями, победи в той войне «великая Германия», – всё это серьёзного действия на умы украинцев не произведёт. То есть говорить об этом надо, но на украинских братьев в том лихорадочном состоянии, в котором они ныне пребывают, это не повлияет. Во-первых, кто способен и желает знать – тот и так знает. А во-вторых – и это главное! – против мифа нельзя бороться фактами. Это всё равно, что опровергать религию научными сведениями и логическими умопостроениями: всё верно, но не цепляет, это непересекающиеся  параллельные плоскости.

Так что те украинские ветераны Великой Отечественной, которых показало российское телевидение, вряд ли что-то кому-то объяснят и  изменят в умах малороссийских обывателей: им не нужны факты, более того – они, факты, ненавистны.

Украинцы (да-да, к сожалению, именно украинцы в своей массе) хотят жирной чертой перечеркнуть своё прошлое, растоптать, сжечь, утопить в Чёрном море, распылить по бескрайней степи, чтобы не было его вовсе, прошлого. Это и понятно: любое прошлое, что ни возьми – либо москальское, либо совковое. Так вот пускай его вовсе не будет! Ну, разве что что-нибудь из быта древних укров – это ещё так-сяк. А что ближе к современности – сплошное оскорбление новодельной национальной гордости. Великий Гоголь, уроженец и певец Малороссии, писал по-москальски и говорил, что мысли его и имя принадлежат России. Срамота одна. Великий философ и филолог Потебня, расово чистый малороссийский помещик, исследователь украинского фольклора, вообще жуть что писал: писать о науке по-малороссийски – это возить дрова в лес («Язык и народность»). Так что куда ни кинь – всё клин. Один выход – зачеркнуть. Чтоб уж ничего не было. Чтоб с чистого листа.

Кто и когда испытывает острую потребность зачеркнуть своё прошлое? Такое состояние сознания  бывает и у отдельного маленького человека – когда хочется плюнуть, забыть, зачеркнуть, сжечь и прах развеять от собственной незадачливой жизни, проклятой истории. Человек ненавидит своё прошлое, по существу дела стыдится его, он не видит в нём ничего хорошего и достойного внимания, лучше б его не было вообще – прошлого.  Это очень плохой знак. Такая потребность – признак глубокого неудачничества, всестороннего банкротства. Такое чувство – очень тягостное, едва переносимое – может испытывать не только маленький человек, но и коллективная личность – народ. Говорят, что на Украине переписывают историю. Это верно, но прежде, чем что-то переписывать, нужно зачеркнуть ту историю, которая была – вот её-то и зачёркивают. Это, повторюсь, очень тяжёлое, болезненное состояние.

Помню, когда-то мы проводили в Киеве конференцию нашей компании (мы работаем на Украине), ну и устроили автобусную экскурсию по Киеву. Молодой чистенький  гид поведал:  в том, что Киев сильно пострадал во время войны (естественно, Второй мировой) виновата … советская армия – зачем она не сдала всё и сразу? Тут вышло непредвиденное: пожилые продавщицы-экскурсантки так заверещали на этого гида, что бедолага не знал, куда и деться от их натиска; верещали они, кстати, для вящей убедительности по-малороссийски. В дальнейшем гид в подробностях повествовал о длине, ширине, вышине и годах постройки  экскурсионных объектов, а в политику не совался. Было это давно, лет восемь назад, так что борьба с тоталитарным прошлым велась давно, целое поколение выросло.

Желание зачеркнуть прошлое – это не только неудачничество. Это плюс к тому – неудачничество слабого человека. Инфантильного. Сильный и взрослый склонен прошлое обдумывать и искать в нём опоры и поучения. Сильный и взрослый уважает своё прошлое хотя бы как источник опыта. Это первоклассник, сделав ошибку, в слезах вырывает лист из тетради, а то и вовсе забрасывает злополучную тетрадь за шкаф. Взрослый исправляет ошибку и пишет дальше.

К несчастью, наш народ (я всё-таки не могу не считать нас и украинцев единым народом!) склонен к этому проявлению инфантилизма – зачёркиванию прошлого. После Октябрьской революции пытались у нас перечеркнуть царское прошлое, все двадцатые годы зачёркивали, «сбрасывали с корабля современности»; даже термин такой был – «проклятое прошлое». Этот подход повторился  в 90-е годы: тогда тоже пытались зачеркнуть советский период и перепрыгнуть от Александра Керенского прямо к Егору Гайдару. Тогда в Москве задорно переименовывали улицы; рецидив этой болезни был совсем недавно, когда в Москве переименовали Большую Коммунистическую в Антикоммунистическую – им. Александра Солженицына.  Надо признать, как ни прискорбно: в нас, «москалях» сидит та же бацилла зачёркивания прошлого.  Помню, в 90-е годы мой итальянский сослуживец с изумлением отмечал, как у нас топчут прошлое: он это наблюдал на ВДНХ, которую с энтузиазмом превращали в барахолку (мы там проводили выставки). Западные народы к такому вычёркиванию страниц собственной истории не склонны, и в этом, как ни суди, – сила и зрелость. В Италии есть фамильная гробница Муссолини, хотя после войны было что-то вроде «дефашизации».

Помимо неудачничества и инфантилизма в этом вычёркивании есть ещё и что-то … бабское. Склочное, мелко-мстительное. Что-то близко сходное с отношением, которое многие тётеньки практикуют к своим «бывшим». По правде сказать, меня всегда поражала ненависть, которую многие женщины питают – да что питают! – лелеют, холят, вскармливают –  к своим бывшим мужьям, сожителям, бой-френдам. Причём  со стороны мужчин я с такими чувствами никогда не сталкивалась: отношение к бывшим жёнам либо нейтральное, либо даже позитивное. И совершенно неважно, что там между ними произошло, кто кого бросил, кто кому насолил: бабы ненавидят просто потому, что «бывший», хоть бы она его сама и бросила, предварительно обобрав.  Я знаю случаи, когда мужик и содержал многие годы, и бизнес помог наладить, и вообще вытолкнул на гораздо более высокую жизненную орбиту,  за что в итоге был ненавидим долгие годы. Знаю и ещё случай, когда тётка убеждённо и многократно восклицала: «Я его ненавижу за то, что он был моим мужем».

 Вам это ничего не напоминает? Некую коллективную личность, вернее, коллективную бабу? Как пылко ненавидела бывшая советская Прибалтика Советский Союз и советскую историю! И по сию пору ненавидит Россию, как правопреемницу СССР. Теперь вот самостийная Украина подключилась…

Конечно, в этой политической ненависти к «бывшему» – много от суетливого стремления выслужиться перед нынешним покровителем и содержателем. И в этом есть нечто не просто бабье, а свойственное бабам определённого толка и стиля. Во всяком случае, это очень немужественное, немужское поведение –  поведение, обратное мужскому, противоположное ему. На это печальное свойство обратил когда-то внимание ценимый мною Николай Бердяев (можно даже сказать, «украинский философ Микола Бердяев»: в Киеве родился и вырос; вот он удивился бы такому званию!). Сто лет назад он написал статью «О «вечно бабьем» в русской душе»:  «Великая беда русской души в том же /…/ — в женственной пассивности, переходящей в “бабье”, в недостатке мужественности, в склонности к браку с чужим и чуждым мужем”.  К сожалению, это правда. И сегодня это прискорбное  свойство проявляется самым гомерическим образом.

Весь современный украинский дискурс – это вообще сплошная бабья истерика. Одна только пропаганда голодомора  чего стоит! Тут тебе и слёзы, и страдания, и одновременно попытка сшибить копейку, навариться, монетизировать пресловутую «слезинку ребёнка». Одна  украинская женщина как-то  в простоте сказала мне: «Вон евреи на Холокосте наварились, а мы чем хуже?» Ничем, тётенька, ничем! Но монетизация страдания – непростой пиар-ход, тут потребен расчёт и высокая квалификация, одной истерики, боюсь, мало.

В чём могло бы выразиться мужественное поведение? Ну, например, в признании того, что всё, что было – было. И Великая Отечественная война – была. Общая наша война.  И герои-молодогвардейцы сражались на территории Украины за нашу советскую Родину. И она тоже была – наша советская Родина.

Хотите зачеркнуть прошлое?  Ну так сделайте это мужественно и – логично. Будьте последовательны: отдайте Польше Западную Украину – ту, которую присоединили клятые москали в 39-м году. Вы же хотите вычеркнуть грязную и кровавую совковую историю – так вычёркивайте смелее!  И Евросоюз вас, глядишь, оценит, гуманитарных галушек пришлёт. А так, как сегодня, – сплошная дамская логика купно с бабьей истерикой.   

 

Источник: zavtra.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*