Глава Ингушетии оказался первым руководителем северокавказского региона, пришедшим в редакцию “Вестника Кавказа”. Есть у нас договоренности о беседах и с другими главами.

Евкуров открыл этот список гостей-руководителей, лишний раз подтвердив репутацию наиболее общительного политика в столь сложном кавказском регионе. Возможно, открытость Евкурова лежит в основе многих положительных изменений в самой Ингушетии. До сих пор всем жителям республики известен номер его мобильного телефона, по которому можно нажаловаться на нерадивого чиновника или просто спросить совета. Фермеры, согласно разработанной республиканской программе, будут иметь гарантированный доступ к руководству Ингушетии для решения возникающих проблем. На Кавказе ценят деловых и доступных начальников, а не коррумпированных и закрытых. Отсюда и уважительное отношение к ингушскому главе в соседней Северной Осетии, несмотря на всю сложность межэтнических противоречий, доставшихся осетинам и ингушам от прошлых радикалов, сумевших тогда столкнуть два народа. Намерение нынешнего главы Ингушетии быстрее нормализовать как внутреннеюситуацию, так и обстановку вокруг республики, имеет много шансов на успех, поскольку, судя по всему, Евкурову удалось сформировать команду единомышленников. Факты доказывают, что он знает, как решать сложные задачи самого разного характера.

– Решены ли в республике проблемы светского образования?

– Насчет светского образования, что исторически было так, что в советское время наблюдалась колоссальная отсталость. И этот барьер так и остался. Проблема со школами и с детскими садиками. Чтобы детей-очередников устроить, надо более 200 детских садиков. Но мы опять же понимаем, что бюджет страны не безразмерный, мы своими силами делаем, пытаемся даже с этим скудным бюджетом республики. Поэтому, конечно, мы сегодня имеем такую стратегию и задачу хотя бы снизить этот уровень. Потому что мы подключаем и общественные институты, семейные детские садики, частные детские садики, различные формы обучения детей. В том числе включаем здесь 2-3 часа после занятий в школе, чтобы в школе с детьми, особенно с теми детьми, которые должны пойти в следующем году в первый класс проводились подготовительные, педагогические и методические занятия, чтобы они могли хотя бы научиться буквам, азбуке. Разные формы находим.
По школам довольно серьезной отставание. У нас всего на республику 116 школ, из них две частные. 67% школ – двухсменка. А 15 школ работают вообще в три смены. Довольно серьезная нагрузка. Кстати, с помощью и по убедительному настоянию Ольги Юрьевны Голодец, зампредседателя правительства, была создана программа, благодаря которой мы каждый год на 10% снижаем трехсменку в школах. Нам выделяются средства под строительство школ. То есть различные формы находим, чтобы выйти из этого положения, чтобы больше и больше детей было охвачено в школах и дошкольных учреждениях.

– А проблема с высшим образованием есть? Ведь раньше ингуши учились в Орджоникидзе или в Грозном.

– Да. В Ингушетии не было вузов. Конечно, нашему Ингушскому государственному университету уже 20 лет. Поэтому здесь говорить о состоятельной базе, какая есть у вузов с 70-летней историей, не приходится. Тем не менее сегодня наши преподаватели, профессора, академики довольно известны в стране, и есть люди, которые в свое время преподавали в Грозненском университете, имеющие опыт, знания. Сейчас достраивается современная база обучения. У нас один единственный государственный университет и коммерческий институт. Мы пока хотим ограничиться этим и сделать упор на средние технические специальности.
В этом году мы наладили довольно серьезный контроль над проведением ЕГЭ и уверены в том, что 90% детей, которые поступили в этом году в высшие учебные заведения, поступили уже по своим возможностям, по тем специальностям, которые хотят освоить. Я уверен, что дальше они будут учиться, и из них получатся хорошие специалисты. В прошлые года поступали с помощью родителей, с помощью родственных связей, кто-то с помощью коррупционной составляющей, не имея совершенно никакого представления ни о профессии, ни о вузе, ни о знаниях. Мы эту проблему сейчас исправляем.
Говорить о том, что у нас все гладко, тоже неправильно, но ребята, которые поехали учиться, серьезно относятся к своим задачам, достойно представляют Ингушетию. Мне приятно, когда ректора и педагоги говорят, что знаний мало, но студент стремится, он хочет, он день и ночь занимается. И если он получает “тройку”, то это заслуженная, рабочая “тройка”.
У меня ведь тоже было базовое среднее образование очень слабое, поэтому рабочая “тройка” лучше, чем нарисованная “пятерка”. Мы отправляем учиться тех, кто может учиться, кто может в последующем заменить тех, кто сегодня работает. Одновременно мы удерживаем тех, о которых, знаем, что поехав, они не будут учиться и могут попасть в преступную среду. Для них мы ввели дополнительно более 800 ученических мест в сузах, чтобы они осваивали специализацию. Сейчас, когда я общаюсь с теми, которые в прошлом году не поступили в вузы (а с учетом сдачи ЕГЭ и недобора баллов остались в сузах), они сегодня благодарны. Они получают там профессию токаря, сварщика, слесаря, кондитера, парикмахера, профессии, в которых сегодня нуждаются наши проекты. И естественно, оказываем помощь молодежи, чтобы они ориентировались в жизни.
Продолжение следует

Юнус-Бек Евкуров

Источник: vestikavkaza.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*