Во второй половине октября абхазские масс-медиа опубликовали еще не подписанный проект нового договора о дружбе между Россией и Абхазией. На удивление это сплотило грузинские элиты.

В нынешних проблемах взаимодействия различных ветвей власти в Грузии виноваты отнюдь не они сами. При всем желании не делать, как российские прогосударственные масс-медиа, Михаила Саакашвили главным грузинским козлом опущения, нельзя не заметить, что основы кризисов власти заложил он и его команда еще в 2010 году. Тогда правящая партия «Единое национальное движение» (ЕНД), будучи, как и ее лидер, на коне грузинской политики, готовилось к президентским выборам 2013 года. Грузинская конституция запрещала лидеру «революции роз» избираться на новый президентский срок, но остаться на государственных постах ему все же хотелось.

Вариант «уйти, чтобы остаться» уже был опробован в России: Владимир Путин не стал реализовывать процедуру по исключению слова «подряд» в отношении ограничения президентских сроков двумя попытками. В отличие от «Единой России» ЕНД решило переписать конституцию, как и в России отправив сильного президента на должность премьера. Венецианская комиссия тогда дала отрицательное заключение на эти инициативы — и без юридического анализа было понятно, что полномочия председателя грузинского правительства увеличиваются, а президента — уменьшаются для того, чтобы освободивший президентский дворец в Авлабари Михаил Саакашвили мог по-прежнему управлять страной.

Однако, конкурентная грузинская политика преподнесла сюрприз. После гигантского медиа-скандала, вспыхнувшего в Глданской тюрьме (министры исполнения наказаний Калмахелидзе и внутренних дел Ахалая подали в отставку после обнародования видео пыток заключенных) накануне выборов в парламент, оппозиционной коалиции «Грузинская мечта», ведомой известнейшим в Грузии меценатом — миллиардером Бидзиной Иванишвили, оставалось не столько выиграть выборы, сколько не проиграть их. Чуть меньше года после перехода ЕНД в оппозицию Михаил Саакашвили оставался президентом, а их каждое рукопожатие с оппозиционным президенту премьер-министром Иванишвили становилось лакомым кусочком для фотографов — за пределами протокола два первых лица грузинской политики позволяли себе совершенно нелицеприятные суждения друг о друге.

Ставленник Саакашвили на президентских выборах в октябре 2013 года Вано Мерабишвили проиграл ставленнику Иванишвили Георгию Маргвелашвили. Господин Мерабишвили был правой рукой третьего президента Грузии и в общественном сознании имел двойную славу: с одной стороны, именно он проводил успешные антикоррупционные и полицейские реформы после «революции роз», с другой — он же в качестве 8-летнего главы МВД отвечал за силовые разгоны оппозиционных митингов, когда сотни человек были ранены, и по материалам грузинского суда, был виновен в подкупе избирателей и организации убийства грузина, оскорбившего его жену. За последний год сразу несколько грузинских судов вынесли Вано Мерабишвили обвинительные приговоры по различным основаниям. Сейчас он отбывает наказание в тюрьме. С фронтальной стены офиса ЕНД, обращенной ко всем, кто едет в аэропорт Тбилиси по проспекту Джорджа Буша, плакат «Свободу Мерабишвили» был снят.

Нынешний президент Георгий Маргвелашвили, конечно, ни биографией, ни публичной деятельностью не похож на пассионария, возглавившего «революцию роз» и потерявшего в попытке соединить страну ее пятую часть. Даже советники президента на закрытых встречах говорят про своего шефа, загадочно улыбаясь: «Он — философ». Действительно, Георгию Маргвелашвили совершенно чужд пафос своего предшественника. Вопреки обещаниям резиденцию в Авлабари он не освободил, но по городу передвигается на скромном кортеже из двух джипов, которые иному русскому, посещающему грузинскую столицу, и в глаза-то не бросятся, если сопровождающие грузины не прокомментируют.

Когда в начале года Бидзина Иванишвили в очередной раз раскритиковал собственную креатуру Маргвелашвили, другой его протеже Гарибашвили заявил, что «Бидзина никогда не критикует несправедливо», добавив то, о чем в Грузии и так все знали (62% грузин по-прежнему считают господина Иванишвили дисижн-мейкером): «Не скрываю, что беру у него советы… Во всех нормальных странах бывшие и новые президенты консультируются» (заметим, господин Гарибашвили говорил о собственных, т.е. премьерских консультациях также с бывшим премьером). Мартовское интервью бывшего премьера с критикой президента страны видели 78% населения, 35 из которых поддержали эту критику, а 40 — нет.

После того, как Бидзина Иванишвили отошел от активной политической жизни, а место премьера и реального руководителя страны занял его ставленник Ираклий Гарибашвили, между президентом и руководителем правительства начались трения. Грузинское правительство крутило оказавшимся вдруг не таким уж «философичным» президентом, как хотело, невзирая на постоянное возникновение скандалов. На международных саммитах (вроде встреч в рамках ООН или ЕС) грузинские делегации возглавлял премьер — президент оставался в Тбилиси.

В смысле примирения враждующих элит хорошо известна максима о том, что внешний враг объединяет. «Россия, которая хочет аннексировать Абхазию» (по мнению грузинского спецпредставителя по взаимодействию с Россией Зураба Абашидзе) в очередной раз сплотила грузинские элиты. Для общества отношения с Россией стоят в списке проблем на третьем месте после роста цен (17% опрошенных в ходе апрельского всегрузинского исследования NDI) и низких зарплат (17%): лишь 13% респондентов видят в этом наиболее важный вопрос развития страны. При этом если речь заходит о национальных угрозах, Россия оказывается на первом месте: 50% респондентов считают ее таковой, 32 — преувеличенной и лишь 13 — не воспринимают в качестве угрозы совсем. Однако, это и создает серьезный потенциал для улучшения российско-грузинских отношений. 74% грузин не удовлетворены нынешними отношениями наших стран. 72% поддерживают усилия грузинского правительства по организации встречи Георгия Маргвелашвили и Владимира Путина (ровно столько же поддерживает стремление Грузии в НАТО).

Спустя полгода после исследования NDI глава грузинского МИДа Майя Панджикидзе назвала «ложью» сообщения о готовящейся встрече президентов: «Никаких переговоров по дипломатическим каналам по организации подобной встречи не проводилось». Кремль устами Дмитрия Пескова неоднократно давал понять, что мяч на грузинской стороне. Дескать, президент Путин готов ко встрече, если инициатива придет из Тбилиси. На этом фоне заседание Совета национальной безопасности у президента (а у премьера есть аналогичный институт) сразу же окрестили примирением Маргвелашвили и Габриашвили. Его главным итогом стоящий рядом с президентом премьер назвал «договоренность о дальнейшей координации действий». Вопрос состоит в том, будет ли правительство как и раньше противодействовать встрече президентов, или в условиях видящейся элитам угрозы сближения Москвы и Сухума, напротив станет помогать лидеру страны?

Алексей Токарев

Источник: mgimo.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*